Казачья насека, булава, пернач

Казачья булаваПериод казаков – это история многочисленных сражений и войн. Исходя из этого, для каждого казака огромнейшую роль играла так называемая войсковая религия, которая была представлена в виде клейнодов. Долгое время в качестве символа высшей воинской доблести и славы у казаков выступали бунчуки, литавры, войсковые печати, а также знамена. Также, одним из клейнодов, считались перначи, насеки и войсковые булавы. Происходит название этого термина от немецкого kleinod, что можно перевести как дорогая вещь, реликвия, драгоценность. Клейноды являли собою знаки личного отличия каждого из старшин и атаманов всех рангов.

Булава либо насека, принадлежащая атаману, являлась символом именно этого человека и в какой-то степени олицетворяла его. Ритуалы по выбору нового атамана можно наглядно описать в качестве первичной идеи славян о перевоплощениях душ, которая в какой-то степени переносилась в этот символ власти над войском, по примеру души колдунов, которых называли тут волхвами, которые воплощались в посохе либо как его именовали тут, в жезле. После того как атаман входил в круг, он клал свой пернач, что символизировало сдачу своих полномочий, для того, чтобы булава стояла во главе сбора. После чего атаман кланялся кругу и после перемешивался вместе с обычными казаками.

Перед выборами нового атамана, по сути, главенствующую роль отдавали лежащему в середине круга перначу. Данную традицию с легкостью можно вписать в ряд обрядов, по передаче каких-то «особых» знаний от одного волхва, другому при помощи таких вещей, как палки, батожки либо веники, которые были весьма популярны в традиции восточных славян. Также, скорей всего были и перевоплощения «сломленной ветви» и в дальнейшем. К примеру, в фольклоре мы можем найти ведомости о так называемой стреле либо лодке, что, проще говоря, являются перевоплощениями самого виновника торжества, и в данном случае насечки на насеке атамана, вполне, могут выступать в качестве символов этапов пройденных им испытаний (так называемые судьбоносные знаки). Атаманскую булаву мы можем обнаружить в большом количестве контекстов из функционально и генетически похожих символов. Родственные по типу орудия проникают практически в каждое из сословий, они представлены и в виде патриаршего жезла, и королевского скипетра, и деревенского посоха. Ученые полагают, что культовые функции данного оружия проистекают из палицы как оружия Громовержца.

Изначально пернач, как и булаву, использовали в качестве оружия дробящего принципа действия. Перначь, в какой-то степени является одной из разновидностей булавы, отличаясь от других лишь тем, что его навершие не являлось цельным, а было разделено и сегментировано на так называемые «перья».

Булавы у казаков, имели старинную историю не только как оружие, но и как символика власти над войском. Именно от таких вот корней и происходят поговорки, популярные в казачьих кругах: «Не атаман при булаве, а булава при атамане», «При войсковой булаве, да при своей голове», «Была бы голова, будет и булава». Булава, свои корни берет из традиций прародителей донских казачества, которые были представлены в виде бродников, а также новгородских ушкуйников.

Так, к примеру, во время раскопок на Дону, археологами было обнаружено захоронение воина, которое можно отнести к XI столетию, который, исходя из мнения исследователей, выступал в качестве предводителя одного из броднических отрядов. Следует заметить, что трудно сказать, как у бродников именовали предводителя, ватманом что представляет собой новгородский манер, атаманом либо вообще как-то по-другому. Солдат был захоронен вместе с булавой, которая являлась атрибутом его звания, конем и другой сбруей, традиционной для бродников, что являлось идентичной манерой погребения для раннего казачества.

Казачья булаваПлюс к тому же, в былине про Василия Буслаева атамана-ватмана новгородских ушкуйников зачастую упоминают боевую дубину, которую называют «червленым вязем», что также можно расценивать как булаву. До наших дней дошла пословица которая была связана с данным типом орудия: «Не верил он ни в сон, ни в чох, а верил в свой червленный вяз». Также, из именования дубины-булавы мы можем почерпнуть и породу древесины, из которой производили атаманские дубины, а также и метод придания ей приятного привлекательного вида, при помощи обжига пламенем (таким же образом обжигали и осмаливали для большей прочности «ушкуи», которые являлись ладьями стародавних новгородцев, которые в былинах еще именуют «червлеными кораблями»). Начиная с 70-х годов XIV столетия в качестве опорного пункта ушкуйников, которые совершали свои пиратские набеги на Каспий и Волгу, являлась твердыня Хлынов на речке Вятке, а после того как ее разрушили войска московского царя Ивана III в 1489 году, они стали использовать поселение Камышин, располагавшийся на Волге. В то же время в первой половине XVI века данная удалая братия с Волги перебралась на Тишанку и Иловлю, которые впадали в Дон, а позже поселились вдоль его берегов аж до Азова и, также, как и потомки бродников, сыграли огромнейшую роль в основании донского казачества.

Скорей всего, именно в это время знаменитый в былинах «червленый вяз» ушкуйников Новгорода и попадает на Дон, где наряду с броднической булавой, становится элементом воинских традиций у донских казаков. Тут он в сравнительно быстрые сроки трансформируется в насеку для атаманов. Сперва ее производили из вишневого либо тернового ствола, во время того как росло дерево, по его стволу наносили круговые насечки при помощи ножа, которые позже затягивались корой, тем самым образовывался витой наплыв (благодаря этому и называли это орудие навесой). Производилось это следующим образом: в лесу выбиралось молоденькое дерево, на котором делали надрезы и после оставляли дальше расти. Спустя год либо даже два эти надрезы затягивались и приобретали красивую форму. После чего дерево рубилось и из него производили насеку.

В момент переизбрания атаманов, эту насеку передавали новому руководителю, на которой изменяли лишь навершие либо слова написанные на нем. В то же время, насеки используемые в сражениях нисколечко не отличались богатой отделкой вплоть до XVIII столетия, это орудие покрывали обычной резьбой, а также навершием из не дорогих материалов. Так в 1704 году Петр I подарил атаману, а с ним и всему войску Донскому, насеку. Исходя из приказаний Петра ее необходимо было выполнить из обычной древесины, длинна ее должна была составлять полтора аршина, сама она должна быть достаточно толстой, также необходимо было расписать ее красками в ореховый цвет. На оправе у данной насеки должны были быть вырезаны слова «насека Войска Донского 1704 год».

Казачья булаваВ 1776 году Екатирина II, помимо прочих клейнодов, подарила атаману Иловайскому, весьма ценную обыкновенную огромную насеку, которая собою представляла насеку из дерева, навершие которой состояло из двух сжатых шаров из серебра, на верхушке были помещены два черных орла, расположенных крест на крест.

Производство насек из так называемой «живой» древесины вполне можно соотнести с верованиями стародавних славян про воплощение в них древесного духа (который ассоциировался с жизненной силой). Вероятно, что в качестве отголоска данного ритуала по производству насеки для атамана либо плети (подразумевались в качестве приобретения магических сил) становятся действия выполняющие юноши в большинстве обрядов восточных славян по посвящению, которые заключаются в прыжках вверх, и отрубыванию вершинок молоденьких деревцев либо производя зарубки на стволе. В боевой культуре казаков существует упражнение для юных воинов, а также и для взрослых казаков, которое заключается в том, чтобы суметь срубить на скаку при помощи шашки ветки, которые воткнуты в землю. Данное упражнение пользовалось большой популярностью в период джигитовок. Скорей всего со временем «живая» древесина была заменена посредством веток, но в то же время, память про сломленную засохшую верхушку деревца, в качестве символа переходного состояния, сохраняется и в более поздних традициях, это мы можем обнаружить также в текстах песен, под которые провожались казаки.

С течением времени, насеки превращаются в своеобразный гибрид трости и булавы. Который состоял из прямого древка, сравнительно большой длинны и располагал специальными отметками, которые отвечали числу лет службы атаманов, начиная с самого появления того или иного войска, а также яблоко из метала, так называемый набалдашник (либо «набулдыга») по форме напоминающий кольцо, маленького сплюснутого шарика. Также встречаются навершия в форме звериных либо птичьих голов. До заката XVIII столетия насеки оставались на Доне главным символом атаманов любого ранга, но позже, в более высокой среде казаков, этот символ был заменен на булаву, и сохранялся только как предмет, символизирующий знак особого отличия у поселковых, станичных либо хуторских атаманов.

И. Тимощенков в своей работе описывает изготовление есаульских и атаманских насек. Он пишет, что атаманский жезл в высоту имел примерно 2 аршина, верхняя часть была облита свинцом, что сроднило его с булавой. Есаульский жезл, в свои очередь, был сделан из ровненькой палки, которая в высоту имела, примерно, 3 аршина. Насеками их именовали сперва, в связи с тем, что как есаулы, так и атаманы не отличались особенной грамотностью, и поэтому наносили на свои орудия насечки с измерительными целями, либо в качестве примет.

Казачья булаваЕще одной разновидностью донского «червленого вяза» является трость есаула, которая символизировала власть и представляла собой простую гладкую толстую палку на конце располагавшей тупым железным наконечником. Зачастую такие палки производили из лещины либо ореха. Есаулы также использовали данную трость и по прямому назначению, так как выполняли роль не только политическую, а и отвечали за военную муштру казаков, тем самым наказывая ею провинившихся новобранцев.
До того как донские казаки стали подчиняться московским царям, булавы для атаманов производили либо вручную сами же казаки, либо делали заказ у военных мастеров. После того как они стали подчинятся московским царям и императорам, они в сою очередь жаловали этот вид оружия их Войску. К примеру, в 1706 году, Петр I, жалует Войску, за военные отличия, во время усмирения бунта в Астрахани, такие военные клейноды как: пернач из серебра, который был позолочен и инкрустирован драгоценными камнями, также был подарен бунчук с яблоком и доской, и с серебряной трубкой, который также был позолочен, а также и огромное военное знамя, которое было расписано золотом на камке. Еще Петр подарил шесть знамен станиц, которые также были расписаны серебром и золотом.

Булава, как знак военной и политической власти, являлась не только у донских, но и у запорожских казаков, а также в большом количестве европейских стран. Так в польском государстве, булава выступала в качестве символа власти гетмана. На ряду с московскими царями, короли Польши также вручали булавы украинским гетманам. Также стоит учесть и то, что данную практику ввели во времена правления Стефана Батория, что являлось гораздо раньше. С булавой, гетман получал от короля, так называемые «булавинские» владения, в которые входили земельные участки вместе с городами и селами, расположенными на них, которые приносили огромные доходы своим владельцам. Также командующие полками реестровцев, также могли носить малые булавы.

Булавы гетманов производили из драгоценного металла, после чего насаживались на древко, выполненное из дорогостоящих пород древесины. К примеру, султан Турции подарил гетману Украины Богдану Хмельницкому (жил в 1595–1657 годах, стал гетманом с 1648 года) булаву, которая полностью была осыпана драгоценными камнями и жемчугом. Булавы, принадлежавшие полковникам, в свою очередь были изготовлены из железа, и выступали в качестве грозного оружия, которое часто применялось в сражениях. После того как левобережная Украина была присоединена к Российской империи, украинские гетманы начали получать бунчуки, знамена и булавы из рук московских царей. К примеру, царь Алексей Михайлович отправил через ближайшего боярина Бутурлина первую булаву Богдану Хмельницкому, которая была полностью изготовлена из серебра, и располагала надписью «1654», а также имела свой личный вензель.

Также часто встречается вырезанные на булавах фамилии атаманов либо гетманов, также встречаются на них и имена царей, которые пожаловали им это оружие, или их герб либо вензель. Также на них можно найти и цитаты из святого писания.

Как в запорожском, так и в донском войсках, перначи и булавы особых моделей выдавались знаменитым путешественникам, как символ того, что данная персона, находится под защитой данного войска.

Булава, как и другие клейноды, сохранялись в храме, или, что бывало реже, в войсковой части. Позже их начали хранить в военной канцелярии. Откуда их выносили в особенных случаях: во время Кругов, приезда государевых послов либо императора, церковных праздников.

wpDiscuz
error: Копирование запрещено.